История, требующая продолжения

В январе 2017 г. рассмотрено гражданское дело по иску [имя истца конфиденциально] к [имя ответчика конфиденциально] о возвращении ребенка [имя ребенка конфиденциально] на основании международного договора Российской Федерации. Решением суда исковые требования истца удовлетворены.

В апреле 2017 г. апелляционная инстанция согласилась с выводами суда первой инстанции, и оставила решение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Это дело слушалось без моего участия, и сейчас, вступив в процесс, я вижу, что постановленные по делу судебные постановления не отвечают закону и подлежат отмене. Никто внимательно не изучал обстоятельства дела, а в основу решения суда легли незаконно постановленные судебные акты британского суда, подлежащие безусловной отмене, так как дело против моего доверителя было рассмотрено в Великобритании тайно, в страшном секрете от моего доверителя, которая никогда не была извещена о его рассмотрении, и которой никогда не вручались судебные документы.

Вопиющее беззаконие, допущенное британским судьей, повлекло ряд последствий, которые сейчас необходимо устранить.

Гаагская конвенция 1980 г. содержит ряд условий, при которых судебный орган не должен предписывать возвращение ребенка:

1) Лицо, осуществляющее заботу о ребенке, предоставило свое согласие на его перемещение или удержание (ст. 13 ч.1 п. А Гаагской конвенции 1980 г.).

2) Имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психологического вреда или иным образом поставит его в невыносимые условия (ст. 13 ч.1 п. Б Гаагской конвенции 1980 г.).

3) В возвращении ребенка должно быть отказано, если это противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающимся защиты прав человека и основным свобод (ст. 20 Гаагской конвенции 1980 г.).

В рассматриваемом деле имеется совокупность условий, в силу которых в возвращении ребенка должно быть отказано.

1) Из искового заявления усматривается, что в августе 2016 г. «ответчик согласовала с истцом поездку ребенка на каникулы в РФ». Наличие согласия на выезд отвечает ст. 13 ч.1 п. «А» Гаагской конвенции 1980 г.

2) В указанный выше период времени между сторонами произошел конфликт, который имел место в период этих каникул. В ходе этого конфликта отец дал свое письменное согласие на удержание ребенка. В своем письме он прямо указал: «ты можешь забрать дочь… и объяснять, почему она больше не увидит папочку. Я собираюсь отправиться в кругосветное путешествие и делать то, к чему привык». Наличие письменного согласия на удержание отвечает ст. 13 ч.1 п. «А» Гаагской конвенции 1980 г.

3) В тот самый день, когда мать должна была сесть в самолет и вернуться в Англию, он написал ей: «Не возвращайся. Держись подальше отсюда, или я вызову полицию… Ты не являешься членом моей семьи и не останешься в этом доме. Не забудь проинформировать школу, что ребенок больше не будет ее посещать».

4) В одном из писем, написанных в этот период, истец пишет, что он собирается «отправиться в кругосветное путешествие…, а когда закончатся деньги, просто уйти в море или прыгнуть со скалы». Угроза суицида ставит под сомнение безопасность ребенка. С кем останется ребенок, если отец уйдет в кругосветное путешествие? Или он отправится в плавание вместе с дочерью? Что будет с ней после того, как отец спрыгнет со скалы? Несмотря на то, что вся эта переписка находилась в материалах дела, суды 1 и 2 инстанции вынесли решение в его пользу, хотя совершенно очевидно, что имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психологического вреда (ст. 13 ч.1 п. Б Гаагской конвенции 1980 г.).

И, наконец, в возвращении ребенка должно быть отказано, если это противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающимся защиты прав человека и основным свобод (ст. 20 Гаагской конвенции 1980 г.). Суд первой инстанции ошибочно принял во внимание судебные приказы, постановленные английским судом, которые были приняты без извещения ответчика и без вручения ответчику копии иска, что нарушает гарантированное Конституцией РФ, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, право гражданина на справедливое и публичное разбирательство дела независимым и беспристрастным судом.

В соответствии со ст. 15 Конвенции 1965 г., судебная повестка или эквивалентный документ направляется за границу в целях вручения, и если ответчик в суд не явился, суд откладывает вынесение решения до тех пор, пока не будет установлено, что документ вручен в порядке, предусмотренном законодательством запрашиваемого государства (1), что документ действительно доставлен ответчику лично или по месту его жительства (2); что были приняты все разумные меры от компетентных органов запрашиваемого государства (3).Возникшие в связи с передачей судебных документов в целях их вручения, разрешаются дипломатическим путем (ст. 14 Конвенции 1965 г.).

Ст. 16 Конвенции 1965 г. установлено, что в случае, если судебная повестка или эквивалентный документ подлежал направлению за границу для и судом было вынесено решение против не явившегося в суд ответчика, судья вправе освободить ответчика от последствий истечения срока обжалования решения.

Следовательно, постановленные британским судом приказы явно противоречат публичному порядку РФ и международному праву в целом (в частности, вступают в грубое противоречие с Гаагской конвенцией 1965 г.), так как сторона, против которой принято решение, была лишена возможности принять участие в процессе вследствие того, что ей не было своевременно и надлежащим образом вручено извещение о времени и месте рассмотрения дела (ст. 412 ч.1 пункт 2 ГПК РФ).

Нарушено требование ст. 150 ч.2 ГПК РФ, которой установлено, что судья направляет или вручает ответчику копии заявления и приложенных к нему документов, обосновывающих требование истца, и предлагает представить в установленный им срок доказательства в обоснование своих возражений. Всего этого сделано не было, а решения британского суда были приняты за закрытыми дверями без извещения матери, что объективно подтверждается материалами дела.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ, в Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд осуществляет правосудие, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность. Это невозможно без точного соблюдения норм процессуального и материального права. Решение суда должно быть законным и обоснованным (ст. 195 ч.1 ГПК РФ).

В сложившихся обстоятельствах, и в соответствии с принципом 6 Декларации прав ребенка, принятой резолюцией 1386 (XIV) Генеральной Ассамблеи ООН от 20.11.1959 г., маленькую девочку невозможно разлучить с матерью. Разлучение девочки с матерью приведет к необратимым последствиям, а насильная передача ребенка отцу, который злоупотребляя доверием суда, обманом получил судебный ордер, выгнал жену с малолетним ребенком из дома, склонен к суициду, несет огромную опасность для ребенка.

К сожалению, рассмотрение дела в кассационной инстанции предоставляет пострадавшей стороне весьма ограниченные возможности для защиты нарушенных прав. Но тем не менее, Верховный Суд РФ регулярно отменяет решения, постановленные судами на местах. Я верю в счастливый исход этой истории, и сделаю всё от меня зависящее, чтобы направить ситуацию в русло закона и справедливости.

Имена действующих лиц этой истории засекречены в соответствии с законом.