КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ ИЛИ КАК ПОЛУЧИТЬ ПРЕИМУЩЕСТВО В СУДЕБНОМ СПОРЕ, НЕ ПОТРАТИВ НИ ЦЕНТА (инструкция для самых хитрых)

Многие из вас знают, или, по крайней мере, догадываются, что такое конфликт интересов при осуществлении адвокатской деятельности. В судебной защите – всегда – удовлетворение интересов одного субъекта ущемляет интересы другого. Ибо в ё взаимосвязано, и если где-то что-то прибавляется, то в другом месте это убавляется. И весы – символ правосудия, на мой взгляд, олицетворяют именно взаимную связь двух противоборствующих сторон.

К адвокатам, которые являются профессиональными юридическими советниками, предъявляются особые требования при осуществлении судебной защиты. Одно из этих требований – адвокат не может защищать людей, чьи интересы противоречат друг другу. Очевидно, адвокат не может представлять в суде обе стороны, причем даже тогда, когда стороны, казалось бы, обо всем договорились, и только лишь хотят подписать соглашение. Даже в этой, казалось бы, безобидной и бесспорной ситуации, один адвокат не может брать на себя защиту обеих сторон, ибо это будет не просто неэтично, но и незаконно.

С учетом своей редкой специализации – международное частное право, что включает в себя профессиональную защиту лиц, проживающих за границей, я часто сталкиваюсь с ситуацией, когда обе стороны, независимо друг от друга, обращаются ко мне за помощью. Тут, что называется, кто первый встал, того и сапоги, - второй стороне всегда приходится отказывать.

Нередко меня приглашают в качестве эксперта в американские суды. И правила к иностранному адвокату (эксперту в нашем контексте), конечно же, ничем не отличаются от требований, предъявляемых к адвокату, который непосредственно осуществляет защиту клиента. Напротив, адвокатов в любой юрисдикции много, и клиент всегда может выбрать любого из тысяч практикующих адвокатов. Но у клиента нет таких уж больших возможностей в выборе эксперта. Например, на весь многомиллионный Нью-Йорк зарегистрировано чуть более 300 юридических консультантов из России, половина из которых давно отошла от дел, не имеет собственной практики, и лишь формально поддерживает лицензию. Другая половина – живет и практикует в России, имея на всякий случай и американскую лицензию. И только несколько человек реально живет и практикует российское право в Нью-Йорке. В штате Огайо, скажем, я и вовсе была единственным специалистом по законодательству России. Поэтому, если Вы, как сторона процесса, пригласили в свой процесс эксперта по российскому законодательству, у Вашего оппонента может не остаться такой возможности, ибо может сложиться ситуация, что обращаться ему будет не к кому.

Это была присказка. А вот и сама сказка.

В одном из Семейных Судов штата Нью-Йорк рассматривается петиция матери, обладательницы российского и американского гражданства, к отцу – американскому гражданину, с требованием разрешить ей с ребенком временные выезды в Россию к бабушке. Папа-американец обоснованно против, ибо общеизвестно, что Гаагская конвенция 1980 года не работает между Россией и США, что не означает, впрочем, отсутствие механизма возврата ребенка в Америку из России. Есть аргументы и в ту, и в другую сторону. И каждая сторона имеет высокие шансы на успех.

Петиция подана и рассматривается без малого один год. Именно тогда ко мне обратился хитрый папа с вопросом, могу ли я дать правовое заключение? Мне бы тут заключить с ним договор, взять предоплату, и пусть дальше думает, сколько он хочет. Но нет, работа же еще не начиналась, суд меня еще не утвердил, как же брать заранее деньги? Не учит опыт неплательщиков, сын ошибок трудных.

В общем, к сегодняшнему дню суд меня одобрил как эксперта, и даже вторая сторона пыталась со мной связаться, ну типа запугать. А Германа всё нет… В смысле, ни контракта подписанного, ни оплаты.

Не буду пересказывать во всех деталях все примененные несостоявшимся клиентов уловки. Я вынуждена согласиться – он – молодец, он получил преимущество в споре, не потратив ни цента. В деле уже записано, что Дюваль приглашена в качестве эксперта стороной ответчика, и теперь истица – никогда и ни при каких обстоятельствах – не сможет воспользоваться моей профессиональной помощью. Он не оставил ей шанса. Хотя эксперт в этом деле был больше нужен ей, а не ему: детей и так особо не выпускают за границу, и только квалифицированное экспертное заключение могло дать матери надежду на поездку в Россию. Но хитрый отец, не потратив ни пенни, лишил ее этой надежды.